Молочная лихорадка

В Удмуртии готовы к переходу на круглосуточное производство молока

Недавно в очередной раз удивился. Фабричное молоко в кошачьей чашке синеет и становится похожим на синюю краску, хоть бери кисть и иди заборы красить. Поискал в Интернете, основной причиной называют различные примеси в натуральное молоко, подвергающееся мощной обработке на молзаводах. Интересно, что это молоко было от производителя, называющегося по имени известнейшего в области ТОО. А что вообще у нас происходит с производством молока?

На развитие животноводства в Павлодарской области за последние три года выделено почти 13 миллиардов тенге, это вместе с мясным направлением. В этом году в отрасль планируется направить 7,2 миллиарда, значительно больше, чем в прошлом году.  При этом основная доля субсидирования племенного животноводства направлена на разведение крупного рогатого скота – мясного и молочного направлений. Кстати, сумма выплаченных субсидий с 2017 по 2019 год здесь исчисляется 4,9 миллиарда тенге, отмечает собкор «КазахЗерно.kz».

Много это или мало? Судя по данным областного департамента статистики, поголовье у нас увеличилось на четыре процента. На мой взгляд – не очень сильно, учитывая израсходованные суммы. Тем не менее, к началу года в области числилось 427,6 тысячи голов крупного рогатого скота, в том числе молочного. Об остальных видах скота сегодня говорить не будем, ведь речь пойдёт о производстве молока. Не синего, конечно, потому что фермеры всё-таки производят нормальное сырое молоко, а уж переработчики потом над ним работают до посинения продукта. Но в области принята программа развития молочного животноводства, согласно которой оно будет развиваться за счёт увеличения высокопродуктивного племенного поголовья и развития молочно-товарных ферм. И ведь есть в этом необходимость, потому что имеющиеся в Павлодарской области молочные заводы загружены от силы на 80 процентов, да и то в сезон «большого молока». Вот и намечают в чиновных кабинетах обеспечить загруженность перерабатывающих молоко мощностей за счёт увеличения современных МТФ, способных обеспечивать качественным сырьём молзаводы.

Кстати, в области сегодня 31 МТФ с численностью коров до 10 тысяч. Это хороший резерв, и строительство новых МТФ продолжается. Вот и недавно аким области Абылкаир Скаков, во время объезда сельских районов, посещал подобные строящиеся объекты. Кроме того, в нынешнем году модернизируют семь молочно-товарных ферм почти на четыре тысячи коров. Но всё равно что-то пошло не так, и возможно дело тут больше в некоторых системных проблемах. Иначе трудно отвечать на неудобный вопрос: почему, вкладывая каждый год миллиарды в развитие молочного животноводства, мы по-прежнему пользуемся импортными молочными продуктами, а своё молоко вдруг становится синим?

Молочная лихорадка

Справедливости ради стоит сказать: Павлодарская область вроде бы неплохо в последние годы пытается развивать молочную отрасль, у нас действуют сразу несколько крупных заводов по переработке молока. Хотя они и не загружены сегодня на полную производственную мощность, всё же процент загруженности наших заводов выше, чем в среднем по республике – что-то около 80 процентов. Это не убирает самой проблемы: переработчикам, особенно в межсезонье, не хватает сырья, но массовый отёл коров уже прошёл и молока на заводы должно идти значительно больше. Заметьте – качественного молока, тем более что и потенциал у нас для этого есть, его собираются усиливать. Одних дорогостоящих, но зато высокоудойных гольштинофризов в последнее время сколько закупили за рубежом!  Так что у нас, в принципе, действительно неплохие возможности идти дальше. Постепенно идёт модернизация ферм, строятся новые, растёт и доля высокоудойных коров в общем стаде. Хотя население большей частью всё же продолжает работать с аборигенами, породные качества которых в свое время улучшали за счёт введения искусственного осеменения. Правда, не теми темпами, что хотелось бы, потому что застреваем на цифре производства молока примерно 16 тысяч тонн в год, может быть, немного больше, в зависимости от того, как отчитаемся, надо полагать.

То есть почивать на лаврах рано, и было бы неуместно. Ситуация требует концептуальных решений уже не столько на областном, сколько на республиканском уровне. И, на мой взгляд, во многом она связана с необходимостью перехода от мелкотоварного производства, по-прежнему имеющего большую долю, к крупным комплексам и кластерам. Молочный союз Казахстана не раз поднимал перед разными министрами сельского хозяйства проблемы, стоящие перед переработчиками. И главная из них – дефицит сырья, проблемы с его качеством. Вот почему сегодня нужно говорить не столько об организации переработки, сколько о создании единого молочного кластера, в котором бы решались проблемы поставок сырья на переработку.

Эта проблема возникла не сегодня и не вчера, её уже ставили и хотели решить через создание кооперативов в сельском хозяйстве. Помните? Тогда, ещё пару лет назад, очередная новая программа минсельхоза переносила приоритеты государственной поддержки с субсидирования крупных компаний на мелких производителей сельхозпродукции, которым рекомендовали объединяться в кооперативы. И когда читали всё это, и вправду подумалось: чем не выход – объединить мелкотоварных производителей, те же частные подворья, производящие значительную часть молока и мяса в стране? Если конечно, это не «бумажное» молоко, как это не раз бывало в стране.

И вот в минсельхозе порешили эти самые личные подворья объединить. Ведь в любой стране мира основная часть молочной продукции идёт на переработку с крупных животноводческих комплексов. А кооперативы могли бы помочь объединить усилия, облегчить крестьянам доступ к кредитным средствам. Крестьян завлекали разными способами, чтобы помочь им работать с переработчиками крупными партиями, в которых переработчики как раз и заинтересованы. Кооперативам предложили 50-процентное субсидирование покупки молокоприемного пункта или убойного цеха, обеспечили субсидии на сданный товар. В частности, на литр молока – 10 тенге. Ну и что произошло с кооперативами чуть позже? Очередная чиновничья инициатива, очевидно, как это не раз бывало, плохо продуманная технически и практически, стала давать сбои.

Молочная лихорадка

Кооперативов создавали по всей стране много. Больше тысячи, постарались в этом отношении и в нашей области. Оказалось, что большей частью «бумажных», а реально действующих было найти трудно. Вспомним, ведь традиционно консервативные крестьяне, неохотно берущиеся за новации, предлагаемые чиновниками, не очень спешили с созданием кооперативов, нюхом уловив одну из проблем — двойное налогообложение. Ведь отчисления должен был делать как в целом кооператив, так и каждое входящее в него крестьянское хозяйство или личное подворье. Кому же такое понравится? Было множество и других нерешенных проблем: отсутствие пастбищ у кооператива и его членов, нерешенные вопросы транспортировки продукции из отдалённых районов и другие, уже привычные крестьянам трудности, относящиеся к логистике.

Всё становилось очевидным: идея не сработала, во всяком случае, пробуксовывала, хотя с молочной программой, судя опять же по отчётам, регионы страны худо-бедно справлялись. Хотя это трудно было проверить, а на прилавках по-прежнему оставалась импортная молочка. Правда, это никто не афишировал. А после того, как место министра сельского хозяйства занял Умирзак Шукеев, стало понятно ещё одно — минсельхоз собирается сворачивать не оправдавшую себя программу сельхозкооперации. Вместо неё развитие мясной и молочной отраслей захотели строить через объединение производителей сырья вокруг крупных переработчиков по принципу региональных кластеров. Умирзак Шукеев, сменивший на посту главы МСХ РК Аскара Мырзахметова, не раз подчёркивал, что его «бумажные» показатели не интересуют, и пообещал очистить сектор от формально созданных кооперативов. Тем более что в «бумажных» кооперативах простаивало оборудование, которое было просубсидировано государством.

И вот в минсельхозе потихоньку стали проводить новую реформу, касающуюся деликатного вопроса системы государственной поддержки. И появилась мысль лишить этой поддержки кооперативы! А ведь ещё недавно в них зазывали, утверждая, что такая политика надолго. То есть принципы государственной поддержки опять менялись, в очередной бессчётный раз. У нас уже давно никто не стесняется раз за разом менять правила игры, причём в ряде случаев – кардинально. Если при Асылжане Мамытбекове минсельхоз концентрировался на поддержке крупных сельхоз производителей, при Аскаре Мырзахметове – наоборот, мелких, то Умирзак Шукеев склонялся к поддержке крупных переработчиков сельхозпродукции. Именно вокруг них, по его мысли, должен был формироваться «пояс» мелких поставщиков сырья. Короче говоря, опять речь зашла о создании неких кластеров, только на сей раз сельскохозяйственных. Они неплохо показали себя в промышленности, а вот драйверами роста в сельском хозяйстве не стали, потому что не учитывали ни психологию крестьян, ни особенности работы. Хотя, конечно, тут всё в значительной степени зависит от постановки дела, надёжности инструментов, длительности новых правил игры.

Молочная лихорадка

Но вернёмся к крестьянам. Кому было непонятно, что глав личных подсобных хозяйств будет угнетать то, что равноправными партнёрами кластера они не станут, будет диктат переработчиков. А те не слишком щедры в отношении производителей. Покупая молоко по 80 тенге за литр, продают его в два с лишним раза дороже. Кто же откажется от такой маржи!  Думается, именно закупочная цена стала сегодня самым больным местом молочной отрасли. Она несправедлива по отношению к производителю – будь то личное хозяйство или крупное ТОО, у переработчиков же очень большие аппетиты.

Все это не может не волновать крестьян, да и более крупных производителей молока тоже. Люди явно устали от постоянных новаций, смены правил игры. И вот опять – ушёл Умурзак Шукеев, сменилось руководство минсельхоза – и опять новые правила. Точнее говоря, даже не правила, а как бы это поточнее сказать – некие намётки некой программы. В ней, кстати, мало что понятно рядовому крестьянину. Даже о разрекламированной якорной кооперации разговоры тихо сошли на нет. Тогда в чём концепция развития молочной отрасли у нынешнего минсельхоза? И разве нельзя было продумать какую-то понятную всем и прозрачную схему работы с крестьянами, особенно в деле государственной поддержки, с самого начала?

Вот и в «Атамекене» считают, что получателям субсидий необходимо ежегодно повышать критерии. Чтобы аграрий нёс обязательства по планомерному развитию, для которого и предназначена господдержка. Например, для молочного хозяйства это наращивание производства и улучшение качества продукции, развитие кормопроизводства, племенная работа с поголовьем. Хотя, с другой стороны, повышение критериев и обязательств должно быть улицей с многосторонним движением – производителей, переработчиков, минсельхоза.

В «Атамекене» считают, что значительная часть средств, выделяемых государством агропромышленному комплексу, должна идти на инвестиционные субсидии – на строительство новых ферм, покупку техники и оборудования, качественного скота. Всё это и ведёт к повышению продуктивности. Эти параметры «Атамекен» предлагает прописать в специнвестконтрактах, которые сейчас используются преимущественно в промышленности. Палата предпринимателей предлагает ввести в них всех получателей субсидий в сельскохозяйственной отрасли как инструмент обратной ответственности бизнеса в ответ на господдержку. Система ясная: не выполнил обязательства – денег не получил. С другой стороны, если отменить товарные субсидии, а об этом идёт речь, новшество явно ударит по сельчанам, ведь большинство личных подворий, с которых идёт молоко, скорее всего, останутся без господдержки. Ну, откуда у небогатого сельчанина, имеющего 3-5 коров, средства на расширение своего дела – еле-еле сводит концы с концами. Кредит возьмёт? Так ему и так их приходится брать, чтобы обеспечить даже небольшое поголовье кормами. Значит, хозяину подворья не видеть ни инвестиционных субсидий, ни прилагаемых к ним товарных вспомоществований. Поэтому новые правила игры минсельхоза скорее идут на пользу крупным хозяйствам и фермам, ведь они, в отличие от мелких подсобных хозяйств, могут обеспечить современные технологии, более высокую производительность труда с низкой себестоимостью продукции.

Всё это так, но не начнут ли сельчане, имеющие личное подсобное хозяйство, избавляться от своих бурёнок? Невыгодным становится их содержание на фоне всё дорожающих кормов.

Владимир Гегер
Владимир Гегер
с автором можно связаться по адресу: [email protected]
Оцените автора
КазахЗерно
Добавить комментарий

  1. Аватар
    Гегир

    Читаешь такие статьи и понимаешь, что собака лает только на тех, на кого скажут лаять…. Да Шукеев мудак, да Мамытбеков черт и да они враги народа. Но корень зла лежит гораздо глубже, корень зла в системы выстроенные ельбасой в течении 30 лет. А эти недоменеджера просто, как свиньи жрут из этой кормушки, им нет оправдания они все равно свиньи и твари, которых эта земля носить не должна. Но суть проблемы, гораздо глубже, и очень странно, что такие журналюги не видят ее. Видать не доросли до демократии и бояться за свою жопу, также как и шукеевы и мамытбековы….
    Касательно субсидии. Субсидии — это не поощрение сельхозника за рост показателей, субсидии — это подачка от правительства, за тупую экономику, чтобы фермер не бросил дела и не ушел в город, чтобы не ныл на посевной что денег нет, чтобы уровнять импорт-производство в стране. Субсидии — это разменная монета, чтобы фермеры были благодарны првительсвту, а такие журналюги вечно тыкали их в недоразвитость фермеров, хотя проблема куда глубже закопана…
    Что касается синего молока, тут опять вся проблема в гнилой системе, от 01 до фермера, где каждый боится за свою жопу и подчиняется вышестоящему, выполняя приказы вышестоящего всеми возможными фашистскими и геноцидскими способами. А после них хоть трава не расти.

    Ответить
Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Генерация пароля