Государство должно нести риски вместе с фермерами

В Акмолинской области начался прием заявок на субсидирование инвествложений

В экибастузском регионе с переработкой сельхозпродукции, мягко сказать, дела идут не очень. Полным циклом животноводческого производства от выращивания скота с собственной кормовой базой и до переработки мяса в готовую продукцию может похвастаться единственное животноводческое ТОО «КХ Жана-аул», передает «КазахЗерно.kz». О том, как все начиналось, о нынешнем положении и планах на будущее хозяйства рассказывает наш сегодняшний собеседник, учредитель ТОО Кайрат Ибраев.

– Кайрат Хамитович, когда и как вы пришли к созданию, не побоюсь использовать это сравнение – настоящей животноводческой корпорации?

– Все началось очень банально в 2008 году. Тогда каждый предприниматель хотел иметь личное подсобное хозяйство. Я по образованию горный инженер, о сельском хозяйстве знал постольку поскольку. Предложил младшему брату моего друга Ерлану Жазыкбекову, ныне живущему в Караганде: «Давай откроем крестьянское хозяйство!». Ерлан ответил: «Давай!».

– Ты знаешь, с какого боку подходить к скотине?

– Я в деревне вырос…

– Ну, понятно, все мы ауылда өскеніміз…

Он купил 318 баранов, в Шикылдаке у одного фермера приобрели полдома, полбазы. Года три-четыре я не знал, что там вообще делается. Жазыкбеков сам добирал земли, закупал скот, утрясал требования по ветеринарии, работал с отделом сельского хозяйства. Я спрашивал у известных в регионе животноводов: «Сколько вложить?». Мне отвечали: «А сколько не жалко!». То есть, в сельском хозяйстве сиюминутный доход – утопия, это длинные-длинные деньги…

Потихоньку друг мой двигался, смотрю, прибыль появилась… Потом  Ерлана пригласили на работу по специальности, сейчас он юрист в очень хорошей корпорации. Я нанял другого управляющего и стал сам вникать. Но я не могу просто так скот держать: если чем-то занялся, надо делать по-настоящему или не делать вообще…

Государство должно нести риски вместе с фермерами

Благо, наставники у меня были опытные. С Дюсенбеком Зындиновичем Оспановым мы были депутатами маслихата, он очень помог советами. Потом познакомился с Манатом Кажибековичем Алгамбаровым, поехал в Зеленую Рощу, посмотрел, изучил опыт. Первый скот казахской белоголовой я покупал у Алгамбарова. Постоянным консультантом является мой тесть Ади Алькебаевич Алькебаев. Вначале часто возил его на ферму, на месте он разъяснял все нормы сельского хозяйства. Ади Алькебаевич сказал: животноводство стоит на трех китах – содержание, кормление и уход. Толку не будет, если запастись большим объемом  кормов, но не наладить уход. Если хорошо ухаживать за скотом, но нечем кормить, то роста поголовья тоже не дождешься…

В Шикылдаке мы начали развивать коневодство и КРС, а в Маргулане в 2012 году открыли еще одно крестьянское хозяйство «Коктобе», где занялись разведением казахской белоголовой породы КРС. Нам сказали, что в Маргулане земли плодородные, балл бонитет выше, можно сеяться, и на собственных кормах КРС легче будет содержать. Но на самом деле все оказалось намного сложнее…

– На сегодняшний день сколько скота в ваших хозяйствах?

– Поголовье непостоянное: идет отел, скот круглый год выбирается на мясокомбинат. В ТОО «КХ Жана-аул» ориентировочно 940 КРС и 2200 лошадей. В ТОО «КХ Коктобе» – около тысячи голов казахской белоголовой породы.

Начинали с нуля: с одними вилами, с одним арканом. Был управляющий и один рабочий. Сейчас 35 рабочих, это с учетом сезонных на посевную и уборочную. У нас только фонд заработной платы – около трех с половиной миллионов тенге.

Проблема кадров, как и везде, стоит остро. Мы создаем все условия для рабочих. В Шикылдаке построили комплекс: дом для главных специалистов и дома для рабочих. Пробурили скважину с автоматической подачей воды, установили бойлеры-нагреватели. Есть душевые с горячей и холодной водой, канализация, кухня и столовая.

Четырехразовое питание: завтрак – в семь утра, обед – в 12, полдник – в 17 и ужин – в восемь вечера. Получается, трудятся табунщики, как вахтовики: 24 дня работают, семь дней отдыхают.

– Где-то у вас бильярд я видела…

– Это в «КХ Коктобе»…

В КХ «Жанаул» мы построили три неплохие фермы на жайляу и зимовках. За это время сложилась хорошая команда. Трактористы и табунщики трудятся в хозяйстве около десяти лет. Зарплата у каждого рабочего не менее 150000 тенге. Свет, вода, уголь — за наш счет. Когда  рабочие в любое время могут принять душ, тоже о чем-то говорит. Летом на жайляу находится семья табунщика. В доме работают холодильник и спутниковое телевидение. Мы первыми в регионе установили ветряки, потом заменили их на солнечные батареи. Жена табунщика, готовящая еду для детей и мужа с помощником, получает зарплату. Продуктами они обеспечиваются. Детей рабочих к школе собираем. Убежден: помощь должна быть адресной…

И если еще пару лет назад я смотрел на фермы, как на своего рода хобби (у меня без этого хватает бизнес-планов) то последние два года сельское хозяйство — в приоритете…

– Как вы пришли к переработке мяса? В начале пути виделось нечто подобное?

Новость на Казах-зерно:

– Начиная дело, я не предполагал, что будет столько сельхозживотных. А на мысль о создании мясокомбината натолкнула ситуация со сдачей мяса. Управляющий привез на рынок тушу и не смог продать: женщины-перекупщицы настолько «уронили» цену, что он ругался, спорил, но тщетно… Я сказал: «Давай свой мясокомбинат построим хотя бы ради этого!». В 2017 году мы открыли мясокомбинат с убойным цехом, наладили производство  колбас и мясных деликатесов. С тех пор на рынке я не бываю и перекупщикам с юга молодняк не сдаю. Вначале они звонили, сейчас даже звонить перестали. На рынок мы поставляем только конину…

– В инвестиционных проектах отдела сельского хозяйства за вами значится «расширение убойного цеха». В реале это что?

– На мясокомбинате построили помещение для большой холодильной камеры, летом решим вопрос с покупкой оборудования…

– Казалось бы, колбас с избытком на прилавках на любой вкус и кошелек, но ваша марка «Рахмет» нашла покупателя. Вложенные в мясокомбинат средства вернулись?

– Это тот случай, когда колбаса действительно из чистого мяса. Никакой сои, красителей и усилителей вкуса, кроме натуральных специй, мы принципиально не добавляем. На прибыль колбасный цех вышел, а полную окупаемость ожидаем лет через семь-десять… Производство безотходное, даже кости мы перерабатываем в костную муку. Покупаем на мельнице «Лейла» отруби, смешиваем с костной мукой. Рынок диктует правила, и когда отруби есть дешевле в Павлодаре – берем там. Кто из фермеров попробовал использовать наши комбикорма, тот увидел результат. Многие хотят еще приобрести. Но цех закрывает пока только наши потребности.

Сельчане, как говорится, по осени цыплят считают: сдадут бычков и растягивают вырученные деньги до следующей осени. А мы круглый год ведем плановую работу: считаем, какое поголовье сдать на убой, сколько молодняка оставить, сколько денег отложить на зарплату и приобретение оборудования.

– Мы уже писали о подготовленном вашим ТОО «КХ Коктобе» проекте орошаемого участка на 800 гектаров. Что вы ждете от орошения?

– Преимущество в том, что канал рядом, и вдоль него земли нужно использовать рационально. Кто-то собирается ввести орошение для выращивания овощей. Мы же собираемся выращивать сочные корма. В начале лета прошлого года столкнулись с засухой, травы вышли сухие, не сочные. Из-за степных пожаров сгорело много сенокосных угодий. Зерна вообще не собрали… Косили сено лишь для увеличения вала. В конце лета пошли дожди, но момент был упущен. И этой зимой очень сложно выходили из зимовки. Зима вроде была теплая, но бураны шли за буранами, выпало много снега. Лошадям очень сложно было на тебеневке, а для КРС – корма не те, к которым привыкли наши коровы. Всю зиму мы провели в хозяйствах, только-только пересчитали скот, переосмыслили работу…

С вводом орошаемого участка хотим перейти на свой ячмень и свой овес… Сдали инвестиционный проект на 427 миллионов тенге в отдел строительства, ждем финансирования из республиканского бюджета.

 Боюсь только, что препонами для орошения могут стать растущие тарифы на электроэнергию и воду. Подстанции на орошаемых участках потребляют очень много электроэнергии. Помните, было три тарифа? Союз фермеров Казахстана сколько писем написал, чтобы вернули дифференцированный тариф. Ночной тариф был очень выгоден: качай себе ночью воду на поля, дроби зерно на корма…

А воду теперь хоть днем, хоть ночью качай – она дорогая. Мы сейчас задумались поднять вопрос о возвращении субсидий на воду. «Казводхоз» очень дорого продает воду, а стоимость воды не субсидируется ни для фермеров, ни для дачников. Столько потребителей вдоль канала, и расходоваться будут очень большие объемы… По идее вода от природы, талые воды стекают и подпитывают канал, во многих местах канал построен по руслу реки Шидерты…

– Вы председатель Союза фермеров Экибастуза. С какими рисками сталкиваются полеводы в эту посевную компанию? Телеканал «Хабар» сообщал, что в области часть полеводов осталась без удешевленного ГСМ из-за недобросовестных операторов. Как у нас?

– Наше хозяйство не выбрало остаток – около 15 процентов удешевленного топлива, а кто-то оплатил и вообще не получил ни грамма. Сейчас расторгли договор с оператором. Он должен вернуть деньги и новый поставщик обеспечит соляркой. Никто не может сказать, когда это произойдет, каким образом он вернет деньги?

Риски для животноводов и полеводов – в частых изменениях условий субсидирования, то есть вся проблема в правилах, по которым играет с нами государство. Как приходит новый министр сельского хозяйства, а это случается каждые год-два, так начинается «смена курса». Сельское хозяйство – это долгоиграющий проект, нужно лет десять, не меньше, чтобы выстроить логическую цепочку развития хозяйства, лестницу, по которой ты идешь. А как ее выстроить, если рассчитывал на инструменты поддержки бизнеса, которые, к примеру, отменил новый глава МСХ? Как работать, на что делать упор? И мы просто живем, приспосабливаясь к новым правилам…

У нас нет административного сельского района: есть Экибастуз и его сельская зона… Даже заместителя акима города по сельскому хозяйству нет, который занимался бы вопросами сельчан… Союз фермеров оказывает юридическо-консультационную помощь. Приходит парень, видно, что хороший, работящий, хочет взять кредит. А у него земли нет, либо пасет скот на соседском участке. Помогаем оформить аренду. В банке просят показать базу, а откуда у двадцатилетнего парня база? Стараемся помочь ему с базой… Нужно ведь с чего-то молодому человеку начинать! Я в сорок лет начинал, и то был совершенно «зеленым» в сельском хозяйстве. Один мудрый человек, мой преподаватель, тогда сказал: «Кайрат, надо стучаться во все двери. Если двадцатая откроется, уже хорошо». Нужно ходить, двигаться, не боги горшки обжигают…

 – Тем не менее, крестьяне сельской зоны Экибастуза довели поголовье скота до уровня самых тучных совхозных лет конца восьмидесятых прошлого столетия. А когда догонят и перегонят?

– По лошадям мы уже перегнали, а по КРС и особенно по мелкому рогатому скоту вряд ли будет быстрый и резкий рывок. Раньше, при плановом хозяйстве, была мощная поддержка, был налажен постоянный сбыт.

Однажды представитель фирмы из Китая предложил организовать поставки мяса в свой город. Я посчитал требуемые объемы, и вышло, что всего поголовья Павлодарской области не хватит этому городу даже на год…

Новость на Казах-зерно:

 XXI век, а мы все еще по сути в девятнадцатом веке. Если бы в регионе земля была бы с баллом бонитетом 35-40, можно было бы сеять качественные корма и зерновые. Системной проблемой агросектора является изношенность техники. У нас же нет ни одного современного агрегата. Полеводы в лучшем случае приобрели комбайны «Вектор», в остальном используют «совдеповскую» технику или покупают списанную у крутых фермеров из других зерновых регионов.

Теперь дальше – никто не занимается выведением семян для местных почв. Приезжал к нам менеджер из израильской корпорации в поисках инвестиционных проектов в мясной сектор Казахстана. Он заявил: «Если мы зайдем, то будем сеять то-то и то-то». На мои возражения, что у нас ничего не растет, ответил, что Израиль, не имеющий таких земель, как в Казахстане, выращивает овощи, которыми, снабжается весь мир. Ученым указывают параметры почвы, и те выводят искомые семена…

– По сообщению Минсельхоза, в этом году агросектор получит дополнительные ассигнования в размере 100 млрд. тенге. Согласно программе развития агропромышленного комплекса до 2024 года планируется ежегодно вводить в строй не менее чем по 25 промышленных молочно-товарных ферм. Как вы смотрите на создание такой фермы?

– Отличное и очень нужное дело! Не скажу, что мы займемся этим в ближайшей пятилетке, но в обозримом будущем, при вводе орошаемого участка, можно было бы построить. Как говорится, у коровы молоко на языке, понадобятся сочные корма, кукуруза на силос или еще много чего. Мы даже знаем, что сможем предложить в залог кредита под такую ферму и как рассчитаемся. Дело, повторюсь, за финансированием проекта орошения…

 Однако я против неразумно набранных кредитов для занятия сельским хозяйством. Не знаю, как сейчас, но по своему опыту скажу, что оформление кредитов через «дочек» «КазАгро» – хлопотное дело. Полтора года оформлял кредит в «АКК», хорошо, что у меня есть бухгалтерия, которая каждые полгода обновляла бухгалтерские отчеты и оценку залогов. В конце концов для строительства баз крестьянского хозяйства «Коктобе» взял большой кредит через банк второго уровня, благо, что есть твердые залоги в виде городской коммерческой недвижимости.

Сельское хозяйство – занятие рискованное. Кто знал, что появятся пастереллез телят или нодулярный дерматит? Против последнего хорошо еще ввели вакцинацию за счет бюджета, а за падеж молодняка от пастереллеза крестьяне нескольких сел не получили никакой компенсации. Нет этой болезни в реестре возмещаемых убытков! Бичом животноводства является бруцеллез скота, а вакцина дорогая, не каждый крестьянин может себе позволить ее покупку. Если государство взяло бы на себя затраты  по приобретению вакцины от бруцеллеза, то  это была бы огромная помощь животноводам.

Государство должно нести риски вместе с крестьянами! Выделять дешевые кредиты без бумажной волокиты. Поощрять молодежь учиться профессиям ветеринара, агронома, механика и включить их в программу «С дипломом в село», как это делается для учителей и медработников.

У нас огромные территории, на которых должен пастись скот. Уверен, что при правильном подходе к животноводству с внедрением новых технологий Казахстан сможет обеспечить себя и соседей качественной мясной и молочной продукцией. Это вопрос продовольственной безопасности страны.

Аватар
Алма Кульниязова
с автором можно связаться по адресу: [email protected]
Оцените автора
КазахЗерно
Добавить комментарий

  1. Аватар
    Ибрагимов

    В Казахстане надвигается цунами банкротств: Каждый третий бизнес оказался неплатежеспособен!! Мұнай бағасының төмендеуі мен коронавирустық пандемия зардап шеккен экономикадағы жағдай 2008 жылғы дағдарысқа қарағанда едәуір нашар. «Салыстырмалы түрде банкроттықтың қаупі екі еседен артық»

    Ответить
    1. Аватар
      Ибрагимов

      Неплатежеспособность одного бизнеса влечет за собой проблемы другого, создавая «цепную реакцию банкротств», даже если сейчас компании чувствуют себя хорошо, они видят риски волны неплатежей со стороны контрагентов. Бизнес закредитован, при этом помощь предлагается государством в форме новых кредитов. Кредиты на оборот, кредиты на зарплату. Возникает вопрос: те компании, которые уже сейчас подвержены риску в связи с высокой кредитной нагрузкой, невозможностью обслуживать кредит, — помогут ли им эти меры поддержки?

      Ответить
Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Генерация пароля