Без удобрений не получишь ничего — аграрий

Без удобрений не получишь ничего - аграрий

С Айдарбеком Ходжаназаровым мы встретились аккурат по завершении весенних полевых работ. Ему было о чем рассказать. А нам — о чем спросить.

Напомним, Айдарбек Ходжаназаров — глава компании «Олжа Агро», которая, если можно так выразиться, является правопреемницей «Иволга Холдинга». Крупнейший землевладелец Казахстана «Иволга Холдинг» перестал существовать в прежнем своем виде в декабре 2017 года. О новой технике, кадровом голоде, высокой планке в работе и новых территориях — в беседе ИА «КазахЗерно.kz» с генеральным директором по-прежнему самой крупной землевладельческой компании страны.

Посевная кампания на полях «Олжа Агро» завершилась в этом году 31 мая.

Как отмечает генеральный директор, с учетом многолетних трав, а это порядка 500 тыс. га, было засеяно 450 тыс. зерновых, масличных и зернобобовых культур.

— Сегодня зерновые культуры превалируют на нашем предприятии, в виду того, что земли к другим еще не готовы, — отметил Айдарбек Ходжаназаров. — Есть такие вещи, как остаточные действия химических препаратов, которые применялись из года в год. Эти химпрепараты оказывают плохое влияние на масличные культуры. Соответственно, сейчас мы не в состоянии перейти единовременно на правильное соотношение зернобобовых, масличных к зерновым. Поэтому мы в таком большом масштабе обрабатываем земли и отправляем их под пар, для того, чтобы имелось соотношение от высокорентабельных культур к менее рентабильным, только так мы сможем выровнять ситуацию и получить какой-либо паритет, при котором финансовые потоки будут нас удовлетворять.

Такое понятие как парование до нас на землях «Олжа Агро» отсутствовало напрочь. Землю просто выдаивали, выжимали из нее все соки.

Порядка 70% на полях холдинга — зерновые культуры, это ячмень, пшеница, твердая пшеница, порядка 20% масличные, 77 тыс. га под льном и порядка 8 тыс. га под рапсом и другими масличными культурами. Оставшиеся 10% используют либо под зернобобовые или под кормовые, такие как овес и т.д. В этом году планируем произвести около 50 тыс. тонн кормовых культур. В виду потребности для собственного скота.

— Как мы не раз заявляли, мы видим перспективу в конверсии, — сказал генеральный директор ТОО «Олжа Агро». — 30 % масляничные , 30 % зерновые и 30% кормовые. Возможно, к этому добавятся и зернобобовые для плодосмена, но в целом вот такой паритет мы планируем соблюдать.

По словам агрария, половина успеха посевной кампании — это правильное планирование.

— Я всегда аграриям, своим коллегам говорю: не надо жаловаться на погоду, — говорит Ходжаназаров. — Погода — это такая вещь, которая не зависит ни от кого из нас. Но есть целый ряд мероприятий, которые необходимо сделать правильно, корректно и вовремя и самое главное, что эти работы зависят только от нас. Я очень требовательный и детальный человек. Мои сотрудники уже это знают. Я лучше перепроверю все, да и сидя в кабинете нельзя иметь хороший урожай. К чему должны стремиться сельхозтоваропроизводители — это соблюдение всех аграрных правил.

Если будет хорошая погода, то, к примеру, все, кто не соблюдает технологии, получают по 15 центнеров за гектар, а ты получаешь 20, потому что ты соблюдал все технологии, применял удобрение, закупил хорошие семена, следишь за своей техникой и у тебя в правильные сроки все высеяно. При плохой погоде — все получают по 5 центнеров, а ты получаешь 10, почему? Потому что ты все еще продолжаешь соблюдать основные правила. При супер хорошей погоде — все получают 20 центнеров, а ты 40. За счет этого, ты всегда находишься в едином возврате со стороны потраченных гектар. Поэтому погода важна, но это не правильно надеяться на то, что она тебе все исправит. Все в руках сельхозтоваропроизводителя, если он расторопный, правильный, организованный  и ответственный, то погода на него не действует. Я всегда удивляюсь, когда аграрии начинают паниковать при майских дождях, разве дожди в мае идут первый год?! Я, к примеру, во время планирования в этом году поставил срок — закончить посевную 24 мая. Агрономы, конечно, меня не поняли, говорили, что это глупо. Но разве дожди кто-то отменял? К этому числу прибавить неделю дождей и получается завершение посевной примерно 31 мая. Так мы и закончили. Правильное планирование — это важно.

Кроме этого, как отметил Айдарбек Ходжаназаров, в этом году к их холдингу присоединились еще порядка 100 тыс. га. 3 предприятия в Узунколе и одно в Карасу. Это предприятия другого банкрота — холдинга «Алиби».

— Политика нашего менеджмента такая, что сельхозкомпании под существующие условия заимствования, в частности даже от государства существовать успешно не могут, — рассказал Айдарбек Ходжаназаров. — Потому что взять деньги в апреле и вернуть их в декабре, или в ноябре — это настоящая кабала. Этот вопрос поднимал перед Президентом страны и глава агрофирмы «Диевская» Олег Даниленко. Если я заказываю запчасти к примеру на «John Deere», то они идут около 90 дней. Это когда я их должен заказать или за какие баснословные деньги я должен покупать запчасти, потому что в апреле они будут стоить на вес золота. Мы, например, в середине ноября уже размещаем заказы на запчасти, если же мне заем возвращать в декабре, то как я могу это сделать. Нынешние условия,  которые присутствуют по финансированию сельхозтоваропроизводителей, они абсолютно не приемлемы. Спросите — почему? Потому что цикл производства и финансирования он непрерывен. Нашим финансистам придется разделять, какие расходы например за сентябрь являются расходами этого урожая, а какие этого же месяца являются расходами прошлого года. К примеру, в этом году в июне я собираюсь заказывать запчасти на посевные комплексы, которые планирую использовать в 2020 году. Это опять подтверждает то, что механизм, когда ты получаешь деньги в апреле и вынужден отдавать полную сумму в декабре, он не приемлем. Он работает против сельхозтоваропроизводителей. Получается, аграрии вынуждены выбрасывать весь свой товар в октябре, ноябре, а в это время у нас идет резкое падение цен и наше зерно становится не конкурентоспособным, пока цена выправляется, это два-три месяца — и страдают все.  Поэтому мы полностью рассчитываем только на свои силы. Мы полностью финансируемся за счет акционерских денег,  у нас нет ни единого кредита, не считая лизинга техники.

При этом, как отметил Айдарбек Ходжаназаров, есть и очень выгодные программы.

— На сегодняшний день по обновлению маттехбазы кредитование очень хорошее, — отметил аграрий. — Субсидии в 25% от капзатрат  сподвигло огромное количество сельхозников на обновление технического парка. Если взять нашу ситуацию, то 980 единиц техники в нашем парке старше 40 лет. Это СЗС 1982-85 годов, Кировцы 700-701. Там ведь уже давно наблюдается усталость металла. А данная программа на самом деле  позволяет приобрести новую технику. В этом году мы закупили около 40 посевных комплектов. Это John Deere, Bourgault и др. С помощью АО «КазАгроФинанс», а также чуть меньше 20% получили от акимата. Это очень удобно. С учетом программы Trade-in, ты отдаешь свои старые агрегаты плюс ко всему получаешь от государства субсидии, а значит уже становится целесообразным обновление своего технического парка. Данная программа она очень продуманна. 

Кроме этого, как отметил Айдарбек Ходжаназаров, сейчас наблюдается большой дефицит кадров. Найти образованного механизатора и знающего свое дело агронома большая проблема:

—  Акционеры ТОО «Олжа Агро» вложили в предприятие 40 миллиардов тенге. Эти деньги пошли в том числе на погашение долгов: выкуп имущества, налоги, рефинансирование по ряду предприятий, на оборот, выплату долгов по зарплате. Нам дополнительных денег сегодня не надо. Когда я шел сюда, меня акционеры спрашивали, где буду делать офис. Сказал сразу, что если в столице, то через год компанию нужно будет закрывать. Находиться в Нур-Султане и управлять компанией оттуда невозможно. Более того, находясь в Костанае, управлять компанией невозможно. У меня есть концепция «Сергей, Владимир и Александр». Это просто имена, не привязанные к конкретному человеку. Владимир – «Джентльмен удачи» – украл/выпил/сел. С ними служба собственной безопасности воюет, и я на них не обращаю внимания. Есть Сергей – сотрудник, который все знает и умеет, но ему все равно. Я называю таких вредителями. А есть Александр. У него всегда отремонтирована техника, а если не отремонтирована, то он всегда знает, когда придут запчасти. Если те не идут, то он едет сюда и проедает плешь своему директору, мне. Это человек, которому не все равно. Так вот, я создаю максимально невыносимые условия для Сергеев, чтобы выявить и вырастить Александров. Мы уже уволили около 20 таких вредителей: региональные директора, директора ТОО, агрономы, механизаторы.

— Айдарбек Асанович, расскажите, какой у вас прогноз на урожай и цену на зерно  в этом году?

Новость на Казах-зерно:— Во всех своих бюджетах я закладываю цену на пшеницу 45 тыс. тенге, цену льна порядка 80 тыс. тенге. С учетом того, что пшеница сейчас стоит 70 тыс., а лен 125 тыс. Для чего? Потому что, исходя из своих планов, я принимаю инвестрешения, приобретать технику или нет. Я должен быть в плюсе и финансово стабильным даже при этих ценах. Кто знает, что этих цен не будет. При 45 тыс. тенге я не могу себе позволить, чтобы 7 тыс. человек остались без работы. Соответственно наше планирование должно быть максимально пессимистичным, поэтому я пессимистичен в своих прогнозах и в плане урожайности, и в плане цены, но я предпринимаю все действия для того, чтобы все мои прогнозы не сбылись. Я думаю, что это правильный, прагматичный подход. Нельзя быть оптимистом, даже реалистом быть опасно. Вы должны сами себя отрезвлять, не должно быть такого, чтобы осенью придти к рабочим, развести руками и сказать, что не можешь выплатить зарплату.

Моя плановая урожайность, к которой я иду и которая не зависит от погоды — 15 центнеров по пшенице. Она у меня была сформирована следующим образом. Я разбираю каждую клетку. К примеру, эта клетка — 365 га, я поднимаю бригадира, говорю ему, расскажи, какие сложности здесь и какая структура почвы. Поднимаю агронома, спрашиваю, какие сорняки здесь. Потом мы вытаскиваем статистику за последние 15 лет, сколько эта клетка давала урожайность. Если она давала урожайность 12 центнеров,  я не поставлю никогда планку выше 12.  Потому что это будет глупо. В этом году большинство полей, которые не давали урожай, я больше скажу, есть клетки, которые давали последние 10 лет по 4 центнера, при себестоимости 7-8. Есть клетки, которые дают 1,9 центнеров в среднем. Мы их выбраковали и направили под залужение, теперь мы сеем на них многолетние травы. Из-под экономически рентабельных культур мы их вывели. Соответственно я оставил только те культуры, те клетки, которые дают урожайность 13, 14, 15 центнеров и выше.

— С какими трудностями Вы столкнулись в эти годы?

— В течение 15 лет на полях не применялись удобрения, поля не паровались. В этом году мы начали исправлять ситуацию. Поменяли в корне технологии. В плане применения химической обработки тоже все поменяли. Раньше, например, по фунгицидам и инсектицидам не работали с баковой смесью по химпрополке, работали только по сорнякам. В прошлом году мы столкнулись с огромным количеством болезней на полях, с большим количеством вредителей. Пшеница просто гнила на глазах. Предыдущие хозяева работали в режиме тотальной экономии. Они не делали химию и не ремонтировали технику. Пшеница гнила на глазах. Самое страшное, что балл бонитет 60, а «иволговские» земли дают восемь центнеров. Мы в этом году планируем  делать двукратную обработку и в июне, и в июле. Почему? Потому что сапрофиты они сокращают урожайность до 70 %, съедают все. Мы потеряли урожай не потому, что погода подвела, а потому, что ранее не делали все нужные работы. Плюс ко всему я запретил в этом году авиахимобработку. Для меня важна скорость падения каплей с опрыскивателя на растения и ее размер. Я выбираю каждую форсунку. Что наш метод привносит в сельское хозяйство? Мы привносим детализацию, уделяем огромное внимание нюансам, деталям и тонкостям технологий. В прошлом году у меня бюджет был сформирован из колхозов, в следующем году будет сформирован из каждой клетки. Сколько я трачу соляры на эту клетку, сколько у меня уходит амортизация по запасным частям на каждую клетку. Я буду знать, сколько каждая клетка земли мне зарабатывает денег или не зарабатывает.

— В прошлом году вы говорили, что планируете закупать только отечественную технику. Почему?

— В этом году мы закупили и отечественную технику и зарубежную, после посевной сможем сравнить и понять. В том году я говорил, что нет смысла закупать иностранную технику. Но все же, я считаю, что комбайны иностранного производства в Казахстане, именно зарубежной сборки, большой целесообразности не имеют. То есть, большую целесообразность они имеют, когда ты получаешь урожайность 40 центнеров и выше, не с точки зрения даже их выработки, а с точки зрения их цены. К примеру, если взять, что вы получаете 40 центнеров с гектара пшеницы, вы пускаете туда зерноуборочный комбайн ACROS и он начинает гудеть и «захлебываться», а если пустить туда John Deere, он влёт пойдет. Но, к этому вопросу я вернусь, когда буду получать 40 центнеров с гектара.

Конечно же, мы говорили и о «Иволге». Сегодня уже никто не делает секрета из того, что холдинг имел долги  в размере миллиарда долларов.

— К нам обратились кредиторы компании и, по сути, настоящие хозяева всего этого имущества, потому что являются залогодержателями, — говорит Ходжаназаров. — Они понимали, что ситуация тупиковая, и не готовы были финансировать «Иволга Холдинг», как предприятие, потому что оно имеет плохую историю. Мы вышли с предложением, что готовы стать правопреемником данного имущества, если договоримся по цене с кредиторами. Не могу говорить об обязательствах, которые мы на себя взяли, но договорились о цене. Проговариваем, каким путем будем реабилитировать все предприятия. Та работа, которую мы проводим по реабилитации «Иволги», беспрецедентна в плане масштабов. Такого в стране никогда не проводилось. Мы по ходу дела «дошивали», скрепляли.

ТОО «Олжа Агро» продолжает оставаться компанией сырьевой.

— Это, наверное, неправильно: весь мир движется в сторону переработки,  — говорит Ходжаназаров. — Но есть сложившаяся конъюнктура на том же мукомольном рынке. В Костанайской области множество мельниц стоит. Именно стоит. Самый лучший завод по переработке сырья придумала природа — это корова. Более глубокая переработка — это другой бизнес. У нашей структуры есть четкое понимание фокусов. В маркетинге мы не сильны, не сильны мы и в войне за прилавок. Но чтобы произвести сочные корма и получить высокие удои с коровы — это мы можем.

— «Олжа Агро» от «Иволги»  достались в наследство и восемь элеваторов. Какова ситуация с ними и вокруг них? Ведь не секрет, что жалобы на их работу со стороны аграриев сыпались регулярно.

— С элеваторами дела обстоят не очень хорошо. Репутация у них очень плохая. Мы максимально работаем с крестьянами и пытаемся донести до них, что готовы принимать по качеству, которое определит любое другое сертификационное агентство. Отжимать не собираемся. Но, когда вас 10 лет за нос водят, очень сложно довериться. Мы ведем работу. В прошлом году на 1,5 миллиона тонн приняли 100 тысяч тонн от давальцев. В этом году планируем хотя бы 300-400 тысяч тонн принять. Я дам личную гарантию. Но аграрии уже сами понастроили себе зернохранилища. Мы все понимаем, почему.

— Вы по образованию финансист, но разбираетесь в каждой клетке поля. Это жажда знаний или вынужденная необходимость? 

— Если я этого не буду знать, меня будут обманывать, может, и не со зла. Сотрудники должны понимать, что я разбираюсь, что я приду, проверю и проконтролирую. Мы уволили около 20-30 человек с приходом в компанию, это директора, агрономы, механизаторы и др. Никого почти не осталось на ключевых должностях от прежнего хозяева. У меня высокая планка. Мы строим великую компанию, которая будет приносить пользу, как государству, так области и народу. Если мы хотим строить великую компанию, то и люди должны быть великими. Поэтому я и задираю планку.


Александр Томилин


с автором можно связаться по адресу:
[email protected]


Оцените статью
КазахЗерно
Добавить комментарий

  1. Парто

    Запомни правило трёх «Н» — Нет Ничего Невозможного.

    Ответить
  2. Заман

    связано ли пожелтением пшеницы с дефицитом удобрений?

    Ответить